по-французскиэто звучит «бон суар».)Скорее сюда, трактирщик, бегии вина налей.Мы с вами сегодня живы,что может быть веселей!Но в темную полночьименем милосердного короляНа двух столбах с перекладинойприготовлена вам петля,И где-то писатель Фирсов,бумагу пером черня,Был настолько любезен,что вспомнил опять про меня.Все барабанщики мира,пока их носит земля,Пьют за меня и Киплингакапли Датского короля,И сам Станислав Куняев,как белый петух в вине(Правда, красивый образ?),речь ведет обо мне.Мы с вами, мой друг, поэты,мы с вами весельчаки;Мы-то прекрасно знаем,что это все – пустяки.Кому-то из нас (подумаешь!)не пить назавтра бульон…Да здравствуют оптимисты!Прощайте, месье Вийон!

Мореплаватель

(Григорий Поженян)

Лягу в жиже дорожной,

постою у плетня.

И не жаль, что, возможно,

не узнают меня.

Григорий ПоженянНадоело на сушупялить сумрачный взор.Просмоленную душуманит водный простор.Лягу в луже дорожнойсреди белого дня.И не жаль, что, возможно,не похвалят меня.А когда я на берегвыйду, песней звеня,мореплаватель Берингбросит якорь. В меня.

Блики

(Владимир Савельев)

По страницам книги «Отсветы»Снятся мнекандалы, баррикады, листовки,пулеметы, декреты, клинки, сыпняки…Вылезаю из ванны,как будто из топки,и повсюду мерещатся мне беляки.Я на кухне своей без конца митингую,под шрапнельюза хлебом ползу по Москве,в магазине последний патрон берегу яи свободно живу без царяв голове.Зов эпохи крутойпочитая


11 из 82